графиня Анна Варвик (anna_warvick) wrote,
графиня Анна Варвик
anna_warvick

Category:
По заказу halina: "Почему вампиры стали культовыми персонажами в викторианскую эпоху".
Даже не буду убирать под замок для "вампирской" группы, все-таки к викторианству это тоже некоторое отношение имеет:)
Кстати, если кто хочет читать подзамочные вампирские записи ("семинары" и просто картинки на тему) - отметьтесь, я вас включу.

Итак, для начала статья о готике 19 века.
Сама статья лежит здесь, там прошлись по таким произведениям, даже про Призрака Оперы не забыли:
«Призрак оперы» (1910 г.) – роман, в котором причудливо сочетаются несколько жанров. Это и детектив, и «псевдоисторический» экскурс, и готика. История безумного палача, который обрек себя на добровольное заточение в катакомбах парижской Оперы, его всепоглощающая любовь к музыке и смертоносный (во всех отношениях) талант, мистика, которой окружено существование...
...В последние годы он получил еще и непременный атрибут в виде белой полумаски, который пришел к Призраку из одноименной бродвейской рок-оперы Уэббера.


Мы отвлеклись от темы дня (с).
Вампиры.


Если еще в 18 веке вампиров обсуждали всерьез на страницах научных трактатов, каждый из которых доказывал, или, наоборот, опровергал существование кровопийц, то в 19 веке подход к ним изменился. Выдумка? Вот и прекрасно, пусть она и остается выдумкой до конца. Ее любовно переносят на страницы романов, изменяя в образе вампира все что
угодно по усмотрению автора.

Первые рассказы и стихи с участием упырей написаны в Германии. Самая ранняя поэма, где фигурирует вампирообразное существо, — "Невеста Коринфа" (И. В. Гете, 1797 г.). Это римейк древнегреческой истории о молодой невесте, которая возвращается к мужу в качестве упыря и живет с ним, пока не обнаруживается ее мертвая природа.
В 1813 г. в поэме лорда Байрона “Гяур” появляется первое описание вампиризма как проклятия. Однако это все еще упоминания о вампире как о поднявшемся покойнике, взятые непосредственно из фольклора.
А первая серьезная попытка осовременить образ была сделана не Байроном, а его врачом Джоном Полидори. После смерти лорда он обработал его черновики, и в 1819 г. издал повесть “История Вампира”.

В Лондоне появляется странный человек по имени лорд Ратвен. Это придуманный Байроном типаж демонического соблазнителя. Он и притягивает, и отталкивает одновременно. Ратвен привлекает к себе внимание молодого аристократа, который после смерти родителей живет с сестрой. Невзирая на предостережения друзей, он вместе с Ратвеном путешествует по Италии и Греции. В схватке с горными разбойниками Ратвен получает смертельную рану и просит не хоронить его, а оставить его на скале. Причем просит положить его так, чтобы первый луч лунного света упал бы на его тело. Взяв с героя клятву никому не говорить об этом событии в течение одного года и одного дня, лорд “умирает”. А когда утром его тело собираются похоронить, обнаруживается только одежда — и никаких следов покойника.
По возвращении в Англию молодой человек подхватывает в пути горячку. На родине он обнаруживает, что Ратвен (под иным именем) флиртует с его сестрой, добиваясь свадьбы. Естественно, свадьбу назначили на тот самый день, на котором закончится срок “неразглашения”. Вскоре юноша умирает, но успевает открыть тайну о Ратвене друзьям. После свадьбы они врываются в дом жениха — и выясняют, что Ратвен исчез, а сестра героя "утолила жажду вампира".

Как можно заметить, лорд Ратвен далек от вампира в современном понимании. Он абсолютно нормально чувствует себя на свету, и его ночной образ жизни вызван исключительно вредными привычками. Он не пьет кровь постоянно. Во всяком случае, на процессе питания не делается акцента. Но именно этим произведением была проведена грань меж вампиром и упырем.

Полидори совместил образ упыря, встающего из могилы, с образом демонического соблазнителя, который продлевает жизнь и красоту за счет обманутых и покинутых жертв. Вампир вытеснил суккуба, занимавшего ранее эту нишу.
Сюжет оказался популярным. В течение второй половины 19 века по мотивам книги было поставлено несколько спектаклей. Ратвен возвращался в разных обличьях, фигурируя даже в водевилях и комедиях. Он стал не меньшей знаменитостью, чем после него — Дракула. Мода на Ратвена была распространена не только в Англии, но и во Франции, где на эту тему писали даже Александр Дюма и Шарль Нодье. В вампирском ключе было написано множество бульварных романов. Этой тематики касались Бодлер, Киплинг и Конан-Дойль. На российской почве интересом к кровососущим мертвецам отличился Алексей Константинович Толстой, чьи рассказы “Семья вурдалака” и “Упырь” появились в 1841 г.

Но до Дракулы Брэма Стокера, меж тем, еще далеко.

В викторианскую эпоху "вампиризм" достиг своего наивысшего расцвета, но этому предшествовала эпоха романтизма, где и закладывались основы будущих романов.
Романтики выражают ностальгию по временам, когда верили в чувства и черпали вдохновение в античности и средневековье, а не реальной действительности.
С начала 19 века они проявляют интерес ко всему сверъестественному. А что может быть более сверхъестественным и романтичным, чем вампир?

Вампиризм становится у романтиков излюбленной метафорой смертельной страсти. Это очень сильное отклонение от изначального мифа, где вампиры никак не являются соблазнителями, и никакого сексуального подтекста в классических историях про вампиров не было.
Для создателей было даже не столь важно, пьют они кровь своих жертв или нет: главное, они приносят смерть одновременно с наслаждением.
Появляется образ женщины-вампиры, который, кстати, был более популярен, чем мужчина-вампир.
Это и Кларимонда из "Усопшей возлюбленной" (1836) и знаменитая Кармилла из одноименного произведения Ле Фаню (1871). А позже здесь нашли свое отражение три невесты Дракулы.

Феноменальная мода на вампира в театре и популярной литературе с 1850г постепенно сходит на нет. Новые прозведения, отмеченные явной вторичностью, появляются все реже и реже. В большинстве стран Европы читатели просто устали от вампира. Исключение составляет лишь викторианская Англия, где пристрастие к фантастике и ужасам, наоборот, возрастает.
Увлечение британцев сверхъестесвенным началось давно, став национальной традицией. Британские острова всегда были землей призраков, здесь любили страшные истории.
В викторианском обществе материализма и целомудрия, где основными ценностями являлся труд, деньги и религия, фантастика служила способом ухода от скучной действительности.
Чтение страшных историй, в которых подвергается осмеянию устоявшийся порядок вещей и ставится под вопрос традиционная мораль, стало чем-то вроде коллективной разрядки.

Источники:
Константин Асмолов "Вампиры", журнал "Мир фантастики" №3; ноябрь 2003.
Жан Мариньи "Дракула и вампиры".






Кармилла




Хотите продолжения? Тогда я бы написала про "Кармиллу" ле Фаню и "Дракулу" Стокера.
Tags: вампирский семинар, викторианское
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 38 comments